О граде божьем

О ГРАДЕ БОЖЬЕМ

Найдено 2 определения термина О ГРАДЕ БОЖЬЕМ

Показать:

Время:

«О ГРАДЕ БОЖЬЕМ»

De Civitate Dei) (410-427) в 22 кн. — во многом итоговое сочинение Августина, написанное под впечатлением взятия Рима Аларихом в 410 и состоящее из двух основных частей: кн. 1-Х, посвященные преимущественно римской истории и религии, объясняют причины кризиса и неизбежность падения языческой цивилизации; кн. XI—XXII описывают историю и грядущее торжество народа божьего. Концепция мировой истории основана на несвойственной античности идее единого и закономерного линейного исторического процесса, который имеет начало и конец (эсхатологическую цель). Содержание истории — драматический конфликт двух сообществ, или «Градов» (civitates), нерасторжимо переплетенных в земной жизни и в предельной обособленности (как идеал и анти-идеал) представимых лишь в символической моральной проекции: «Два Града созданы двумя видами любви, а именно: земной — любовью к себе вплоть до пренебрежения Богом, Небесной — любовью к Богу вплоть до забвения себя» (XIV 28 ср. XV 1). Хотя государства (в особенности языческие) могут выступать историческим аналогом Града земного, а земная церковь — Града Небесного, ни один из Градов не может быть отождествлен с конкретным земным сообществом, и никто из людей (до конца мировой истории) не знает, к какому Граду он предопределен. Реальное земное государство, или совокупность людей, связанных правилами совместной жизни (XV 8), часто бывает не лучше «разбойничьей шайки» (IV 4), но в условиях массового проявления греховных наклонностей является целесообразным социумом, защитой от хаоса, к которой инстинктивно прибегает человечество (XIX 12). Эсхатологический оптимизм Августина коренится в идее морального прогресса. История человечества проходит шесть «веков» (символических аналогов шести дней творения) — 1) от Адама до потопа, 2) до Авраама, 3) до Давида, 4) до Вавилонского плена, 5) до рождения Христа, 6) до Последнего суда, — или три более общих периода: до закона, под законом и под благодатью. Цель истории (и ее конец) — явление 1рада Божьего как сообщества праведных, объединенных состоянием «невозможности грешить» (XXII 30). Сочинение содержит ценные исторические и доксографические материалы, — в частности, по стоицизму и неоплатонизму.

Оцените определение: ↑ Отличное определение — Неполное определение ↓

Источник: Новая философская энциклопедия

О ГРАДЕ БОЖЬЕМ

одно из важнейших сочинений Августина Блаженного (датировка написания: 413-427). В книге была осуществлена нетрадиционная разработка проблемы периодизации исторического процесса. По мысли Августина, «два града — нечестивцев и праведников — существуют от начала человеческого рода, и пребудут до конца века. Теперь граждане обоих живут вместе, но желают разного, в день же Суда поставлены будут розно». Люди, живущие в Боге, вместе образуют «Град Божий», или «Град небесный»; прочие — «Град Земной». По мысли Августина, «две разновидности любви порождают два града: земной град создан любовью к самим себе, доведенной до презрения к Богу, небесный — любовью к Богу, доведенной до полного самозабвения. Первая возносит самое себя, вторая — Бога. Первая ищет людскую славу, вторая устремлена к высшей славе Бога». Оба града имеют своих посланников на небе: восставших ангелов и тех, кто сохранил верность Богу. На земле они разнятся как потомки Каина и Авеля, эти два библейских персонажа выступают символами двух сообществ. («Основатель земного града был братоубийца Каин; ему соответствует и братоубийца Ромул — основатель Рима».) При этом гражданин «Града земного» на этой земле производит впечатление повелителя и господина мира, гражданин «Града Божьего» — уподобляется страннику и пилигриму. Первый определен к вечному проклятию, второй — к спасению во веки вечные. Как отмечает Августин: «Небесный град вечен; там никто не рождается, потому что никто не умирает; там истинное и полное счастье, которое есть дар Божий. Оттуда мы получили залог веры на то время, пока, странствуя, вздыхаем о красоте его». Нашел отражение в книге «ОГ.Б.» и взгляд Августина на «человека внутреннего» как образ и подобие Бога и Троицы, в коей три Лица при их сущностном единстве. Личность в таком контексте полагалась Августином реализовавшейся в той мере, в какой оказывались отражены три лика Троицы в их единстве. По мысли Августина, «…поскольку мы не равны с Богом, более того, бесконечно от Него удалены, посему Его стараниями… мы узнаем в самих себе образ Бога, т.е. святую Троицу; образ, к коему следует всегда приближаться, совершенствуясь. В самом деле, мы существуем, умеем существовать, любим наше бытие и наше познание. В этом во всем нет ни тени фальши. Это не то, что есть вне и помимо нас, то, о чем мы осведомлены в видах телесных нужд… Безо всякой фантазии очевидно: «Я» есть определенность бытия, то, что способно себя знать и любить. Перед лицом такой истины меня не задевают аргументы академиков: «А если ты обманываешься?». Если обманываешь себя, то ты уж точно есть… Поэтому, следовательно, я существую хотя бы с того момента, когда сам себя надуваю. Откуда известно, что я в состоянии заблуждаться о своем бытии, когда не установлено, что я есть?.. Так, если я знаю, что я есть, то я и способен к познанию себя самого. А когда я люблю эти две вещи (бытие и самопознание), что открывают меня познающего, то очевиден и третий элемент, не менее значимый, — любовь. В этой любви к самому себе нет обмана, ибо в том, что я люблю, я не могу себя обманывать, и даже если бы обнаружилось, что то, что я люблю, фальшиво, то было бы верно, что я люблю вещи лживые и недостойные, но не то ложь, что я люблю». Согласно Августину, человек не знает творения, ибо он — существо конечное. Бог из собственного существа породил Сына, Который как таковой идентичен Отцу, однако же космос Он сотворил из ничего. Между «генерацией» и «креацией», по мысли Августина, огромное различие: Творец вызывает к бытию «то, чего абсолютно не было». «Мы не называем творцами, — отмечает Августин, — возделывающих сады, но и землю-мать, всех кормящую, не назовем творящей… Лишь Бог — Создатель всех творений, по-разному себя воплотивший в них. Только Бог, скрытая сила, все проникающая своим присутствием, дает бытие всему, что так или иначе есть, ибо, не будь Его, не было бы ни того, ни другого, и даже не могло бы быть. Ибо, если мы говорим, что Рим и Александрия взросли благодаря не каменщикам и архитекторам, сообщившим внешнюю форму этим городам, но Ромулу и Александру, их воле, согласию и приказаниям обязаны они своей жизнью, тем более необходимо признать, что сотворение мира дело только Бога, ибо ничего нельзя сделать только из материи, которая создана Им, или только артефактов, созданных людьми. Не будь этой творческой способности создавать все сущее, отними ее, и все перестало бы быть, как и не могло бы начаться быть. Впрочем, я говорю «сначала» в вечности, но не во времени». (Согласно Августину, Бог, создавая этот мир, создал и время.) Таким образом история предстает в «ОГ.Б.» в принципиально новой версии, незнакомой античному миропониманию: она имеет начало творения и конец сотворенного мира с пограничным моментом в виде воскрешения и

страшного суда. Три эти существенных события формируют всемирную историю: первородный грех, ожидание прихода Спасителя, воплощение и страдания Сына Божьего с образованием его дома (града) — Церкви. В конце «ОГ.Б.» Августин акцентирует перспективу воскрешения: плоть (хотя и трансформированная) возродится к жизни: «плоть станет духовною, подчинится духу, но будет плотью, не духом; подобно тому как дух был подчинен плоти, но все же остался духом, а не плотью».

Оцените определение: ↑ Отличное определение — Неполное определение ↓

Источник: История Философии: Энциклопедия

Узнай стоимость написания

Ищете реферат, курсовую работу, дипломную работу, контрольную работу, отчет по практике или чертеж?
Узнай стоимость!

О граде Божьем

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

О граде Божьем
De Civitate Dei
Манускрипт «О граде Божьем», ок. 1470 года
Жанр богословие и философия
Автор Аврелий Августин
Язык оригинала латинский
Дата написания 413—427
Текст произведения в Викитеке

«О граде Божьем» (лат. De Civitate Dei) — один из основных трудов философа и богослова Аврелия Августина, в котором он представил развёрнутую концепцию философии истории. В сочинении впервые в европейской философии изложены линеарная концепция исторического времени и идеи морального прогресса.

Труд «О Граде Божьем» был написан в 413—427 годах, через несколько лет после взятия Рима вестготами. Это событие оказало большое влияние на Августина, который писал, что земные государства нестабильны и недолговечны по сравнению с общностями, созданными на основе духовного единения. В то же время он считал, что светская государственная власть дана людям свыше, чтобы в мире был хоть какой-то порядок, поэтому в соответствии с принципом «Богу — Богово, кесарю — кесарево» люди должны подчиняться законному правителю.

Другой важной темой книги является борьба против ересей. Августин оправдывает репрессивные меры против еретиков и принудительное обращение в ортодоксальное христианство, описывая это формулировкой «Принудь войти !» (лат. Coge intrare!).

Критика язычества

Августин начинает с критики римских обычаев и языческих религиозно-философских представлений. Он подчеркивает, что языческие боги не особо благоприятствовали римлянам. Например, они не спасли их от Эфесской вечерни (3:22) или от гражданской войны Мария и Суллы (3:29). Кроме того, языческие боги совсем не заботились о нравственности (2:6). В христианском Боге Августин отмечает «божественное милосердие» (лат. Divina misericordia — 1:8).

Отношение к Платону

Далее он замечает, что Платон в наибольшей степени приближен к христианству (8:5). При этом, платоники (Апулей), чтя Бога Создателя, приносили жертвы и демонам как посредникам. Это заблуждение Августин решительно отвергает.

Критика стоицизма

Августин утверждает добродетель любви и осуждает апатию стоиков (14:9). Началом греха (лат. peccati) он называет не плоть, но злую волю, которая руководствуется гордостью (лат. superbia) (14:13-14).

Политическая философия

Вслед за Платоном Августин утверждает, что государство основано на идее справедливости (лат. iustitia), без которой оно превращается в «разбойничью шайку» (лат. latrocinia — 4:4). Отсюда Августин выводит понятие «справедливой войны» (лат. iusta bella — 4:15; 19:7). Примечательно, что убийства, грабежи и пожары он относит к обычаям войны (лат. consuetudo bellorum; 1:7). Размышляя о заповеди «не убий», Августин подчеркивает, что она не распространяется на воинов и палачей, так как те убивают не по собственной воле, а по необходимости выполнить свое служение (1:21)

В политике Августин различает триаду: семья — город — государство (19:7). Причиной межчеловеческой розни он называет разницу языков. Однако истинного покоя в земном мире нет, поскольку даже праведные цари вынуждены вести справедливые войны. Римской республики как дела народа никогда не существовало (19:21). Рабство Августин объясняет следствием греха (19:15). Истинная добродетель происходит не от государственного воспитания, а от истинной религии (19:25).

Град Божий и Град Земной

Августин описывает историю человечества как сосуществование двух общностей — Града Божьего (лат. civitas Dei) и Града Земного (лат. civitas terrena). Одним предназначено «вечно царствовать с Богом», а другим «подвергаться вечному наказанию с дьяволом» (15:1). Сам термин «град Божий» (1:21) Августин заимствует из Псалмов (Пс. 86:3). Первым гражданином земного града был Каин. Граждан высшего града рождает благодать, а низшего — испорченная грехом природа (15:2). Ковчег Ноя Августин сравнивает с Иисусом Христом, а отверстие первого с раной второго (15:26). Однако он отвергает крайности как буквального, так и аллегорического понимания Писания (15:27). В числе граждан Града Божьего Августин называет идумеянина Иова (18:47), жившего на три поколения позже патриарха Иакова.

История

Августин полагает, что со времени Адама до упадка Римской империи прошло не более 6 тыс. лет (12:10). Также он решительно отвергает «совечность» творения Творцу (12:16)

Августин связывает время Авраама с эпохой Ассирии времен Семирамиды (18:2) и Египта времен Исиды (18:3). Далее описан Моисей (18:8), получивший на горе Синай Ветхий Завет (18:11). Эпоху Троянской войны Августин связывает с периодом израильских Судей (18:19). Основание Рима как второго Вавилона относится к времени правления царя Езекии (18:22). Августин полагает, что и сивиллы предсказывали приход Иисуса Христа (18:23). Вавилонский плен относится к временам Ромула и Фалеса Милетского (18:24). Упоминает Августин и о переводе 70 толковников на греческий язык (18:42-43) и о рождении Иисуса Христа (18:47).

Экклезиология

В теологии Августин осуждает хилиастов (20:7). Царство Христово (лат. regnum Christi) и есть нынешняя Церковь (лат. ecclesia — 20:9). Первое воскресение мертвых, о котором говорится в Апокалипсисе, есть не что иное как воскресение духовное (20:10). Антихрист воссядет для совращения людей либо в Церкви, либо в Храме Соломона (20:19). Августин настаивает на реальности вечных мучений в огне для грешников (21:2) и обосновывает их ссылкой на Библию (Исх. 66:24). Природа была создана доброй, но была извращена грехом (22:1). Много места Августин посвящает опровержению невозможности воскресения мертвых (22:12) и вознесения их на небеса. Это, по его мнению, возможно даже для нерождённых младенцев (22:13). Женщины воскреснут в женских телах, хотя и не для плотских утех (22:17)

Примечания

  1. ↑ Геннадий Майоров Аврелий Августин (недоступная ссылка) (недоступная ссылка с 26-05-2013 ), с. 129
  2. ↑ «О Граде Божьем» в Энциклопедии «Религия», автор А. Грицанов (недоступная ссылка с 14-06-2016 )

Литература

  • «О граде Божьем» / А. А. Столяров // Новая философская энциклопедия : в 4 т. / пред. науч.-ред. совета В. С. Стёпин. — 2-е изд., испр. и доп. — М. : Мысль, 2010. — 2816 с.
  • Майоров, Г. Г. Аврелий Августин (недоступная ссылка) (недоступная ссылка с 26-05-2013 ), с. 129—138.
  • Бычков, В. В. Эстетика Аврелия Августина. М., 1984. С.23-29
  • Армстронг А. X. Истоки христианского богословия. Введение в античную философию. СПб., 2006. С. 241—242

Ссылки



Карл ВеликийЛевандовский Анатолий Петрович

Град небесный и град земной

Как ни усердствовал император в построении «Града Божия», до него оставалось все так же далеко, как от земли до неба.

«Великий миротворец» считал свои войны оконченными, но они не желали кончаться. Саксонская война продолжалась и после провозглашения империи. Начиная с 782 года Карл не прекращал против «мятежников» жесточайших репрессий. От побежденных он требовал беспрекословного повиновения и поголовного крещения, в случае же отказа следовали варварские кары: отрубание рук, выкалывание глаз, массовые казни и ссылки. Эти крайние меры вызывали неодобрение даже такого преданного советника и друга, как Алкуин. Ученый напоминал своему ученику по «Академии», что насильственное обращение противоречит заветам Иисуса: согласно Августину, вера возникает добровольно, а не по принуждению, к ней нужно готовить исподволь, разъясняя, а не заставляя. «Проповедь христианства языком железа, – писал он Карлу, – равносильна посеву на бесплодных камнях…» От подобной ошибки Алкуин предостерегал монарха и в период Аварской войны. Но все было впустую: ученик не реагировал на замечания учителя. Только в 804 году война с саксами окончилась, и террористический режим Саксонского капитулярия был смягчен.

Но не успел победитель вздохнуть, как свалилось новое бедствие. Оно пришло с севера. В 808–809 годах датский король Готфрид провел сокрушительный поход в Нордальбингию. Он наголову разбил союзников Карла славян-ободритов, опустошил страну и сжег города, в том числе крупнейший славянский порт на Балтике, Рерик; после этого он готовился вторгнуться во внутренние области империи. Лишь неожиданная смерть Готфрида уберегла северные пределы Франкского государства. Карл счел себя вынужденным вернуть обезлюдевшую Нордальбингию и заложил там две линии пограничных укреплений, что должно было прикрыть Саксонию с севера и отделить саксов от славян.

Создание цепи охраняемых границ или «марок» стало одной из насущнейших задач императора. Система этих марок должна была стать гарантией безопасности государства.

На западе появились Бретонская и Испанская марки, порученные в управление специальным маркграфам. В Италии южные границы прикрывало буферное Беневентское герцогство, наконец подчинившееся Карлу. Труднее было укрепить тянувшуюся на тысячи километров восточную границу. На крайнем севере, у Шлезвига, была заложена Датская марка. От нее начинался Саксонский рубеж, угрожавший прибалтийским славянам. В начале IX века был создан весьма протяженный Сербский рубеж, идущий от Эльбы до Дуная. Это была укрепленная линия с городами Бардовиком, Магдебургом, Эрфуртом, Форгеймом, Регенсбургом и Лорхом, опорные пункты которой служили одновременно местами торговли франков со славянами. На среднем Дунае была заложена Восточная, или Паннонская марка, доходившая до Венского леса, – ядро будущей Австрии. Она должна была угрожать чехам и паннонским славянам. На крайнем юго-востоке линия обороны замыкалась Фриульской маркой, прикрывавшей Северную Италию от набегов славян Далмации и Хорватии.

С севера и юга империя омывалась морями. Здесь с начала IX века появился новый враг: норманнские и арабские пираты. Норманны (преимущественно датчане) опустошали Фризию и берега Ла-Манша, североафриканские арабы – побережье Италии и близлежащие острова. Карл деятельно боролся с пиратами. Франкский флот на Средиземном море перешел в контрнаступление и с переменным успехом старался очистить от арабов Корсику, Сардинию и Балеарские острова. Фризия и устья рек, впадавших в Северное море и Ла-Манш, были защищены от норманнов особыми укреплениями. Здесь также курсировали сторожевые суда франков. Пока еще империя успешно отражала морские набеги; они станут страшным бедствием, когда империя ослабеет и распадется.

Подобно тому, как это имело место в Поздней Римской империи, укрепление границ означало конец завоевательных войн. Стороны как бы менялись местами: если раньше Карл наступал, а соседи оборонялись, то теперь к обороне перешел прежний агрессор, а прежде оборонявшиеся получили стимул к наступлению. Но прекращение завоевательной политики Карла имело необратимые социальные последствия: оно вело к ликвидации прироста богатств и, прежде всего, земельного фонда, из которого монарх в былые времена щедро оделял своих вассалов и церковь. Это означало, что, с одной стороны, должна была постепенно оскудевать государственная казна, с другой, в перспективе становился неизбежным конфликт между центральной властью и феодальной элитой, пределы «кормушки» которой сокращались, что не могло не вызвать ее недовольства. Нам известны (к сожалению, только в самых общих чертах) два заговора знати против Карла:

один – под руководством графа Гардрада, другой – с участием первородного сына императора, Пипина-горбуна. Эйнгард, упоминающий об этих заговорах, всячески старается преуменьшить их размах и значение, а также преувеличить мягкость Карла по отношению к заговорщикам, сваливая всю вину за их возникновение и подавление на «жестокосердие королевы Фастрады»; но Анналы, гораздо более объективный источник, хотя и не дают дополнительных подробностей, не скрывают, что Карл беспощадно расправился с участниками обоих заговоров, видимо понимая степень их угрозы для своей державы.

Впрочем, и до этого, и позднее, он делал все возможное, чтобы не допустить подобной ситуации. Считая себя прямым наследником императоров позднеримской эпохи, Карл, как и они, избрал своей опорой экономически сильные слои общества. Постоянные льготы и послабления в пользу богатых и знатных имели целью превратить их в главных проводников идей императора. Особенные надежды он возлагал на ведущих «функционеров», представителей правительственной власти в областях, – на графов и епископов, которых рассматривал как своих непосредственных помощников в построении «Града Божия». Графы и епископы становились обязательными участниками выработки законов, равно как и проведения их в толщу народа. Но это приводило к росту их самостоятельности, и контроль со стороны правительства становился все более затруднительным. Источники сохранили много свидетельств о самоуправстве графов, сильно злоупотреблявших своим положением. Они насильничали во время служебных поездок, за подарки освобождали от участия в походе, прибегали к незаконным поборам, доводили до сумы того, кто осмеливался протестовать. Полученные в бенефиции земли они стремились превратить в свою собственность, свободных людей закабаляли и делали своими крепостными, приводили в запустение королевские поместья, мироволили к преступникам. Поскольку разбой и грабеж в деревнях и областях становился стихийным бедствием, Карл установил суровые наказания разбойникам: за первый проступок виновный лишался глаза, за второй – носа, за третий – подлежал смерти. Но это ничего не значило, поскольку графы, вместо того чтобы ловить разбойников, зачастую укрывали их, превращая в работников на своих землях, ибо постоянно испытывался недостаток в несвободной рабочей силе. Жалобы и вопли народа заставляли правительство посылать на места ревизоров («государевых посланцев»), но те иной раз оказывались не менее корыстолюбивыми, чем подлежавшие проверке; даже в самом худшем для «дурных графов» случае кары были исключительно мягкими, поскольку то же правительство нуждалось в их услугах. С другой стороны, действия графов были ограничены судебным и административным вмешательством лишь в дела простолюдинов; что же касается знати, то она оставалась недосягаемой для закона. Если граф осмеливался вступить на иммунитетную территорию крупного землевладельца, он подвергался огромному штрафу (в 600 солидов); эти господа были подсудны только монарху. В результате графы из высших государственных агентов превращались в носителей центробежных сил и слуг своих собственных интересов.

Не лучше обстояло дело и с высшим духовенством – епископами и аббатами. Епископы, по идее – главные помощники императора в делах церковных, стремились к независимости и богатству, вынуждая жертвовать им частные и государственные земли, а вместе с ними и иммунитетные привилегии. Насаждение Карлом церковных привилегий закрепляло в умах церковников мысль о полной неотчуждаемости их имуществ. Епископы, сидевшие в крупных городах, получали огромную власть, зачастую в ущерб графам. Карательная власть епископов распространялась не только на клириков, но и на мирян. Это, смешивая круг действий епископов и графов, приводило к неизбежным раздорам между ними и постоянной путанице, разобраться в которой было не просто.

Глубокая вера в спасительность пожертвований церкви подготовила ее усиление в ущерб государству, с чем пришлось столкнуться не только преемникам Карла, но и ему самому. Его забота о спасении души непрерывно увеличивала церковные имущества; монастыри, которые так заботливо насаждал император, располагали огромным количеством земли, многочисленным зависимым населением, разнообразными льготами. Так, аббатство Сен-Жермен-де-Пре имело 10 282 крепостных, обитель святого Мартина в Type – 20 000. То были маленькие государства в государстве. Их правители, глубоко проникнутые сознанием своих прав и преимуществ, неохотно поступались ими в пользу государства и постоянно требовали новых уступок и дарений. И при этом вопреки многочисленным указам и требованиям Карла представители духовенства всех рангов отнюдь не давали мирянам примеров добродетели и бескорыстного служения Богу: они демонстрировали безнравственность и алчность, занимались ростовщичеством, увлекались псовой и соколиной охотой, носили оружие, пьянствовали и присваивали церковные и светские имущества.

Небезынтересно отметить, что сам Карл, яро боровшийся с симонией, был подвержен ей не в меньшей степени, чем папа, которого он критиковал. Хотя должности епископа и аббата считались выборными, император сам назначал и тех и других по принципу полезности для себя или личной симпатии; так, Алкуина он сделал аббатом монастыря святого Мартина Турского, Ангильберта – аббатом Сен-Рикье, Теодульфа – епископом Орлеана, Эйнгард получил от сына Карла Зелигенштадтский монастырь. Хотя нерушимость церковного достояния неоднократно подтверждалась, император по примеру своего предка Карла Мартелла не мог отказаться от использования церковных земель в качестве бенефициев. Известно, например, что он в течение долгого времени «держал» Реймсское архиепископство, употребляя «на собственные нужды» имущество и поступления этой церкви. В Италии, к великому возмущению папы, он отдал «своему» человеку в качестве бенефиция Равеннский экзархат. Раздача ленов из церковных земель применялась весьма широко, и часто целые церкви уходили в бенефиции придворным. Впрочем, бенефиции из церковных земель раздавали также епископы и аббаты.

Карл Великий придал всеохватывающий характер системе вассалитета, начатой Карлом Мартеллом. Теперь в рамках этой системы каждый крупный землевладелец дублировал государственную службу императору частной службой сеньеру. Требуя от всех своих подданных, начиная с двенадцатилетнего возраста, присяги, Карл одновременно требовал присяги всех людей своим сеньерам, и даже королям-сыновьям запрещалось принимать в вассалы свободного, покинувшего своего господина вопреки его желанию. Феодализм пускал все более глубокие корни, и монарх, реализуя военные цели, использовал сложившуюся систему при наборе в армию. Но это, в конечном итоге, должно было привести к полной зависимости государства от крупных феодалов, светских и духовных, без помощи которых правительство не могло сделать и шага. Заветная мечта Карла о «вечном мире» и благоденствии всего народа разбивалась об эту твердь и становилась все более недосягаемой. Широкие замыслы императора, требовавшие колоссального напряжения сил от населения страны, были не по плечу большинству и подрывали его и без того жалкое положение. Разоряемые беспрерывными и продолжительными походами, злоупотреблениями сильных и власть имущих, простые люди разбегались, нищенствовали, превращались в бездомных бродяг. Бедняки, «убогие», были предоставлены собственным средствам. Между тем масса людей, живших своим трудом, была главной поддержкой правительства. Они верили императору, уповали на него. Карл, чувствуя это, пытался бороться с угнетением «убогих», чье разорение подрывало его опору, но сила объективных обстоятельств была на стороне знати, формирующегося феодального сословия; оскудение мелких свободных землевладельцев и переход их в зависимость от крупных держателей земли, иначе говоря, замена уз подданства феодальной связью, вытекала из экономических условий, подготовленных всем предшествующим развитием.

Таким образом, на закате жизни великому императору суждено было почувствовать и увидеть приближение двойной опасности, грозившей его непрочной постройке, – внутреннего распада, которого он был не в силах предотвратить, и внешней агрессии, уже видневшейся на горизонте. И значительная часть ответственности за это лежала на самом Карле. Глубочайшее противоречие заключалось в его универсальной идее, с одной стороны, и узости взглядов собственника, с другой. Обширное государство, созданное трудами поколений, представлялось ему, как и его предкам, частным достоянием, которое подлежало разделу между членами его семейства – вспомним раздел 806 года. Систематически прибегая к смешению государственной службы и частных обязательств, он возложил на плечи своих преемников неразрешимую проблему. Только его сила, блеск его побед, его умение внушить окружающим свою правоту, одним словом, его престиж, обеспечивали ему поддержку подданных и верность вассалов. После его смерти положение должно было круто измениться…

Нет, не удалось ему построить «земной град».

Не больших успехов добился он и в создании «града небесного».

Карл, бесспорно, достиг определенных результатов на пути водворения теократии, и занимаемое им положение стало мерилом претензий его преемников. Но и здесь все держалось на энергии и властной воле франкского монарха. Поддержка современников придавала уверенность начинаниям Карла, укрепляла его замыслы и заставляла работать над их реализацией. Однако все последующее показало непрочность здания, так быстро рухнувшего после ухода строителя. Вдохновленный святым Августином, Карл поставил своей целью вечное спасение подданных, насаждение в их сердцах заповедей Христовых и беспощадную борьбу с царящим в мире злом. На этот подвиг были затрачены огромные силы и средства. И все же самому Карлу пришлось убедиться в недостижимости подобных замыслов. Мало того, именно он нанес смертельный удар своему идеалу – единому вселенскому христианству. Именно он начал рыть пропасть между двумя половинами христианского мира – пропасть и идейную, и фактическую. До него существовала лишь одна христианская империя, наследница Константина Великого; теперь их стало две, причем ни одна не хотела и не могла уступить другой. Эта пропасть в последующие столетия расширялась и углублялась.

Таким образом, ни одно из трех капитальных положений святого Августина на практике не осуществилось: вместо «правды» пышным цветом расцвела всеобщая ложь, вместо «мира» на горизонте уже маячила война всех против всех, вместо «единства» было положено начало духовному расколу, обещавшему ядовитые плоды в будущем.

Казалось бы, историческое «величие» сына Пипина Короткого должно значительно померкнуть. Однако в действительности все зависит от угла зрения, под которым смотришь на существо проблемы.

Если Карл не сумел построить царство христианской любви и справедливости, если он повинен в расколе между двумя частями христианского мира, то одновременно он же эффективно содействовал консолидации одного из этих миров, выступая выразителем пробуждающегося самосознания Запада. В известной мере Карл стал основателем и идеологом будущего западного мира в целом и отдельных составляющих его народов, с их государственностью, экономическими, социальными и духовными институтами.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

«Столичный град Санкт-Питербурх» Петербург, или Санкт-Петербург, как он назывался официально, был не только любимым детищем и гордостью Петра, но и символом его царствования, выражением эпохи преобразований.Конечно, новая столица не олицетворяла всю Россию. Наоборот,

«Град обреченный» (1975) К пониманию «Града обреченного» надо идти долго – не такая это вещь, чтобы сразу раскрыть перед читателем свою суть и свои секреты. Помню как сейчас публикацию первой книги ГО в журнале «Нева» в 1988 году – журнал этот тогда был одним из наиболее

20 «ГРАД ОБРЕЧЕННЫЙ» (1974) Впервые идея «Града…» возникла у нас еще в марте 1967 года, когда вовсю шла работа над «Сказкой о Тройке». Это было в Доме творчества в Голицыно, там мы регулярно по вечерам прогуливались перед сном по поселку, лениво обсуждая дела текущие, а равно и

Пролог «Душевный мой град» Теперь подошло время наконец вспомнить, как началась моя новая жизнь в доме на Арбате вместе с дорогими мне людьми. Здесь уже не документы давних времен, которые я сама не переживала. Здесь я живой свидетель, сострадающий друг, горячий участник

Глава 6 ГРАД ВЗЫСКУЕМЫЙ, ГРАД ЗАКЛЕЙМЕННЫЙ 8 августа 1911 года Андрей Белый и Ася Тургенева приехали в Москву и остановились в меблированных комнатах на Тверском бульваре. Мать Белого все так же игнорировала сноху, но сыну в конечном счете дала в долг одну тысячу рублей на

«ГРАД ОБРЕЧЕННЫЙ» Впервые идея «Града» возникла у нас еще в марте 1967 года, когда вовсю шла работа над «Сказкой о Тройке». Это было в Доме творчества в Голицыне, там мы регулярно по вечерам прогуливались перед сном по поселку, лениво обсуждая дела текущие, а равно и

Богоспасаемый град 1 Прежде чем ехать к родителям в Дмитров, я отправился к сестре Соне. Она счастливо жила в старинном особняке в Большом Левшинском переулке с мужем Виктором Мейен, со свекровью, с маленькой дочкой Катей.После радостных поцелуев меня усадили пить чай.

Яростный град камней Параллельно великой истории, в Вальдокко катится скромная история повседневности: неустанно предпринимаемый труд для блага ребят, молчаливая борьба с долгами. Дон Боско, которому в декабре 1846 года удалось получить в аренду все комнаты дома Пинарди и

В СТОЛЬНЫЙ ГРАД САНКТ-ПЕТЕРБУРГ БОСОНОГОЕ ДЕТСТВО У деревенского паренька Пети Смородина, конечно, не было никакой родовой поколенной росписи или ветвистого родословного дерева. Сам Смородин рассказывал о себе без охоты. И о детских его летах сохранились весьма скудные

Небесный гость Эти предания нас интересуют постольку, поскольку они подтверждают, что, подобно своему предку-волку, древние монголы были лесными охотниками или, по меньшей мере, обитателями зоны, соединявшей лес со степью. Во всяком случае, следует отметить, что живший в

ПЕТРОГРАД — ГРАД ОБРЕЧЕННЫЙ Шел 1916 год, жена Рериха Елена Ивановна настаивала на срочной поездке в Финляндию, но Николай Константинович все откладывал и откладывал отъезд. Наконец, после окончания экзаменов в школе Общества поощрения художеств, Николай Рерих сдался и на

II «И я зрел град» В Москве Батюшков оказался впервые в жизни. Его туда уже давно звала тетушка — Екатерина Федоровна Муравьева, вдова покойного Михаила Никитича, после смерти мужа переселившаяся в старую столицу, чтобы ее сыновья могли учиться в Московском университете.

Дар небесный Дары Небесные в сознании сопрягаются с какой-то молниеносностью. Все Вышнее, все от Высоты естественно вливается в представление о Свете, о сверкании, о немедленности. Так оно и есть. Величайшие претворения могут быть молниеносными, мгновенными. Но еще одно

Хождение во град Китеж Сегодня на переправе через Прут в гуще препротивной дорожной пробки, растянувшейся на добрый километр, встретил капитана Шлейпака, того самого развеселого одессита, с которым когда-то мы падали с неба носом в болотце вместе с подбитым самолетом.Он

ГРАД (1921) Посвящаю моей жене «Гремел сегодня ночью гром…» Гремел сегодня ночью гром, И прыгал град в потоке, И молния большим прыжком Качнула ствол высокий. И в ту же ночь меня томил Тяжелый бред: корнями Опутан я, и сети жил Обожжены огнями. Я черным деревом

Град Цезарей В этот период автор начинает работу над третьей книгой, «Ни сушей ни морем» — которая, будучи опубликованной в 1950, останется незавершенной до появления продолжающего ее «Приглашения в ледяные пустоши».Название книги — часть изречения Ницше: «ни сушей ни

Августин блаженный о граде божьем

Добавил: Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам. Вуз: Предмет: Файл:.doc Скачиваний: 33 Добавлен: 19.05.2015 Размер: 80.38 Кб ☆

15

Титульный лист реферата

Вверху указывается полное наименование учебного заведения. В среднем поле указывается название темы реферата без слова «тема» и кавычек.

Ниже по центру заголовка, указывается вид работы и учебный предмет (например, реферат по литературе).

Еще ниже, ближе к правому краю титульного листа, указывается ФИО ученика, класс. Еще ниже — ФИО и должность руководителя и, если таковые были, консультантов. В нижнем поле указывается город и год выполнения работы (без слова «год»).

Августин Блаженный и его время

Пятый век, несомненно, одна из важнейших эпох христианской цивилизации. Это та критическая эпоха, когда церковь, во всеоружии своей вполне сложившейся организации, вступает в средние века, передаваясь от древнего греко-латинского мира варварам и воспринимая в себя греко-латинские элементы. Вместе с тем это тот век, когда уже весьма резко и рельефно обозначается различие между христианством эллинским, восточным и латинским, западным. Блаженный Августин — одна из самых интересных исторических личностей, которые когда-либо существовали. Оценка ее — одна из сложнейших и труднейших задач в виду разнообразия и богатства элементов, вошедших в состав его учения и так или иначе повлиявших на образование его характера. Августин — во всех отношениях олицетворение той переходной эпохи V-го столетия, когда один обветшавший мир рушится, а другой созидается на его развалинах.

Он стоит на рубеже между древностью и средними веками: собирая обломки древней культуры, он вместе с тем закладывает основы средневекового, частью же и новейшего европейского миросозерцания. Говоря словами Шарпантье, CivitasDei Августина есть «надгробное вещяние мира нового». Эти слова могут послужить прекрасной характеристикой и всей жизни и деятельности нашего отца церкви. Это во всех отношениях двойственная личность: в ней воплотились и сосредоточились все противоположности его века. Более того, он предвосхитил и объединил в себе контрасты нового времени, ибо, будучи отцом и, можно сказать, основателем средневекового католичества, он вместе с тем другими сторонами своего учения был пророком протестантства. И если протестанты и католики с одинаковым правом видят в нем своего родоначальника, то мы без всякого сомнения можем признать его отцом западного христианства во всех главнейших его разветвлениях.

Августин Блаженный – христианский теолог и философ, оказавший существенное влияние как на развитие христианского богословского канона, так и на эволюцию культуры западного образца в целом. Родился в римской провинции Нумидии в г. Тагасте (современный Сук-Арас в Алжире). Сын язычника Патриция (римского гражданина, мелкого землевладельца) и ревностной христианки Моники, под влиянием которой муж незадолго до смерти — 370 — принял крещение и не без влияния которой А. обратился к христианскому вероучению. Получил гуманитарное образование, преподавал риторику в Тагасте, Карфагене, Риме и Медиолане (современный Милан). В юности испытал влияние римских авторов, был сторонником манихейства, привлекшего его, по ретроспективной оценке самого Августина, системностью и риторизмом. Однако, когда манихейский лидер Фавст не сумел ответить на его вопросы, утратил доверие к манихейству. Испытал влияние скептицизма Новой академии. Однако наиболее серьезным увлечением в истории дохристианской духовной эволюции Августина стал неоплатонизм. Именно в контексте латинских переводов Плотина Августин впервые познакомился с трактовкой Бога как нематериального трансцендентного Бытия. Слушая проповеди епископа Медиоланского Амвросия (исходно – с целью анализа их риторических аспектов), Августин находит убедительным для себя христианское вероучение. Сам Августин приписывает этот глубокий внутренний переворот, в нем произошедший, внутреннему чуду.В минуту, когда его страдания, муки неудовлетворенного искания доходят до крайнего предела, внешний толчок выводит его из состояния сомнений и колебаний. Он слышит голос, говорящий «tolleetlege» (возьми и читай), и слышит плотскими ушами, но приписывает его откровению свышеи, раскрыв по внушению этого голоса Св. Писание, находит в нем текст, отвечающий его исканию, и относит этот текст к себе, чем и решается его обращение. В 387, на Пасху, в возрасте тридцати двух лет Августин принял крещение в Медиолане. Основал монашескую общину в Гиппоне, в течение тридцати пяти лет был епископом Гиппона, превратив там монастырь в богословскую семинарию. Сорок три года жизни Августина, после принятия им христианства, считаются в богословской традиции образцом христианского образа жизни и служения. В православии признан блаженным, а в католицизме — святым и Учителем Церкви. Августин считается автором устава, которым руководствуются ряд монашеских орденов католической церкви: орден каноников-обсервантов святого Августина (августинцы-каноники),ассумпционисты (с середины 19 в.) и ряд женских монашеских конгрегации августинока также орден отшельников святого Августина,августинские братья, из которых вышел Лютер и к которому принадлежал Г.Мендель, ставшие вестниками новых изменений мира в свое время, как и Блаженный Августин в свое.

Чтобы стать родоначальником средневекового миросозерцания, Августин должен был в самом себе испытать и побороть язычество. Он соединил и выстрадал в себе все болезни своего века, в полном смысле слова нес на себе крест своего общества. Уже будучи на пути к обращению, наполовину христианином, рассказывает Августин, «я искал, внутренне сгорая, откуда зло. Каковы были мучения моего сердца, страдающего муками рождения, каковы были мои стенания, Бог мой!». Это – тревога души, невыразимая и непередаваемая словами, которую, – продолжает Августин,– никто из людей не мог разделить и понять, которой один Бог невидимо внимал. Еще не вполне отрешившись от манихейства, читаем мы далее в «Исповеди», он искал истину в чувственной вселенной, вовне, тогда как свет истины – внутри нас. «И он не заключен в каком-либо месте; между тем я взирал на вещи, находящиеся в определенном месте, и не находил в них места для покоя, и они не принимали меня в себя так, чтобы я мог сказать: теперь довольно, теперь мне хорошо, и не позволяли мне возвращаться туда, где бы мне было хорошо.»

Для раздвоенного в себе сознания весь мир представляется как нечто абсолютно внешнее, чуждое и враждебное. Ища что-либо высшее себя, абсолютное добро и истину и вопрошая внешний мир, Августин видит в нем только низшее и не находит себе покоя. Этот чуждый и враждебный мир не спасает его от внутренней тревоги, а подавляет и угнетает его сознание. «Когда я восставал против Бога в мыслях моих, – продолжает он, – эти низшие существа возвышались надо ною, подавляли меня, не давая ни отдыха, ни покоя «. Чувственный мир извне давил его своей чуждой громадой, а когда он удалялся в глубину своего сознания, то и тут образы материальных вещей обступали и преследовали его, и все это вместе как бы говорило: «Куда идешь ты столь нечистый и столь недостойный «.

Никто глубже и вернее Августина не изобразил это внутреннее противоречие, это глубокое раздвоение, проникающее в самые сокровенные глубины нашего нравственного существа. Отсутствие единства, цельности — основной признак нашей извращенной природы. Воля наша предписывает одно, а делает другое. Стало быть, она хочет не всем своим существом, не всем своим существом предписывает. «Ибо она предписывает, поскольку она хочет, вместе с тем то, что она предписывает, не совершается, поскольку не хочет. Ибо воля предписывает, чтобы была воля, и притом не другая воля, а она сама. Следовательно, не цельная воля предписывает, и потому нет того, что предписывает. Ибо, если бы воля была целостна, то она и не предписывала бы, потому что предписываемое уже было бы», т.е., если бы воля не была внутренне разделена, то не было бы раздвоения между намерением и действием и предписание совпадало бы в непосредственном тождестве с исполнением. Это ненормальное состояние духа, в котором наша воля частично хочет, а частично не хочет и единая личность теряется среди противоречивых желаний и аффектов, Августин называет уродством, болезнью духа. На самом деле «существуют две воли, так как ни одна из них не есть целостная воля, и то, что присуще одной из них, то самое недостает другой». Все в нашем внутреннем мире раздроблено, все в нем — борьба, хаос и противоречие.

Творения Блаженного Августина.

  1. «Исповедь». В этом автобиографическом сочинении Августин описывает свою жизнь в терминах мистического и духовного опыта. Эта книга есть свидетельство неукротимой силы его веры, внутренней честности, пылкости, фантазии и свободы ума.

  2. «Отречение», написанное в поздний период его жизни, представляет собой поправки изложенных ранее взглядов с позиции его изменившегося мировоззрения.

  3. «О Граде Божием». Эта книга представляет собой апологию христианства, в которой первые десять книг посвящены опровержению язычества, а в книгах XI-XVIII содержится описание двух «градов»: мирского и Божия. Под «градом» разумеется общество. Два града описаны симметрично в противопоставлении друг другу. Пронизывающее эту книгу мировоззрение во многом обязано своим возникновением событию, потрясшему весь западный мир, -взятию Рима Аларихом в 412 году. Основанный боже­ственным провидением, воспетый Вергилием вечный город, столица и центр цивилизации перестал существо­вать. Августин объясняет катастрофу тем, что Рим был градом «этого мира», где ничего вечного нет и быть не может. Идея двух «градов» глубоко отразилась на сред­невековом видении христианского общества.

  4. Ряд сочинений «Против манихейства».

  5. Ряд сочинений «Против донатизма». Донатисты были сектой, возникшей в результате гонений на хри­стиан. Они возражали против возвращения в лоно Цер­кви тех епископов, которые скомпрометировали себя во время гонений. По существу вопрос касался пони­мания таинств: зависит ли их «действенность» от лич­ных качеств священнослужителей?

  6. Ряд сочинений «Против Пелагия». Пелагий, ро­дом из Британии, был блестящим оратором и писате­лем, преподававшим гуманитарные дисциплины в Риме. В своих сочинениях он протестовал против низкого уровня христианской жизни в послеконстантиновой Церкви, проповедуя христианский героизм и совершен­ство. Церковь, согласно Пелагию, должна состоять из непогрешимых, совершенных людей, причем качества эти достижимы человеческим усилием. В полемике с Пелагием родилось учение блаженного Августина о спасении через благодать. Он также писал против уче­ника Пелагия Юлиана Экланского, учившего, что не следует крестить младенцев, ибо они безгрешны.

  7. «О Троице» — богословский трактат, написанный в более поздний период жизни Августина. Это умозри­тельное сочинение о тайнах Пресвятой Троицы оказа­ло огромное влияние на западное богословие. Хотя сам Августин исповедовал никейскую веру, а прибавка сло­ва Filioque к Никейскому Символу веры возникла не­зависимо от него и гораздо позднее, тем не менее на основании этой работы оказалось возможным догма­тическое оправдание Filioque на Западе.

«Град земной» и «град божий»

Раскрытию логики или, лучше сказать, мистической диалектики, истории был посвящен главный труд Августина Блаженного – «DeCivitateDei», название которого традиционно переводится на русский язык «О Граде Божием». Мы остаемся верными этойтрадиции, хотя лучше было бы осовременить и уточнить этот перевод; правильнее было бы переводить «О государстве Бога» или «О божественном обществе», так как в книге речь идет не о граде-полисе древнегреческого или древнерусского типа, а именно о всемирном, «экуменическом» сообществе людей, и к тому же о сообществе не политическом, а идеологическом, духовном. Даже космополитическая Римская империя служила Августину лишь весьма неадекватной моделью для его «всемирного сообщества». Более близкой моделью была реально существовавшая в его эпоху наднациональная христианская Церковь, есclesia (община, сообщество).

Мистическая диалектика всемирной истории представляется в «DeCivitateDei» противоборством двух диаметрально противоположных по своим интересам и судьбам человеческих сообществ: «сообщества земного» (civitasterrestris) и «сообщества небесного» (civitascoelestis). «Мы делим человечество, – пишет Августин, – на два рода людей: первый род состоит из тех, кто живет по человеческим стандартам; другой – из тех, кто живет согласно божественной воле. Символически мы также называем эти два рода двумя государствами, т. е. двумя сообществами человеческих существ, одному из которых предначертано царствовать в вечности с Богом, а другому – подвергнуться вечному наказанию вместе с дьяволом». В эти два сообщества люди объединены в соответствии с характером их преобладающих влечений, с характером любви: «Земное государство создано любовью к самим себе, доведенной до презрения к Богу; небесное –любовью к Богу, доведенной до презрения к себе…В первом господствует похоть власти, одолевающая в такой же мере его правителей, в какой и подвластные им народы; во втором – те, кто поставлен у власти, и те, кто им подчиняется,служат друг другу по любви, правители–руководя, подчиненные–им повинуясь»

Приведенные цитаты дают понять, что под двумя «государствами» Августин понимает отнюдь не политические образования, а духовные и моральные общности, различимые только для их Творца. В терминах августиновской этики к разряду «земных людей» относятся «люди плотские»–любящие наслаждаться тем, чем следует только пользоваться. Наоборот, к разряду «людей неба» относятся «люди духовные», имеющие «упорядоченную» любовь. Мораль обоих обществ противоположна: граждане первого хотят с максимальным комфортом и любыми средствами устроиться в этой жизни; граждане второго берут от благ этой жизни только необходимое, терпеливо дожидаясь будущего вечного блаженства. Однако в эмпирическом мире оба общества полностью смешаны и никто из людей не может знать заранее, к какому из них он принадлежит. В этом состоит тайна предопределения, открывающаяся только на последнем суде.

В основе возникновения государства особый взгляд на природу человека. Он говорит, что человек — существо греховное, и реальное государство существует как наказание за первородный грех, прикосновение Адама и Евы к дереву знаний. Поэтому выделяет два вида земных государств:

  • одно государство как организации насилия по отношению к человеку. Начинается с братоубийцы Каина, убившего Авеля.

  • другие государства берут начало от Авеля, это государства христианские, власть основывается на заботе о подданных.

Цель государства состоит в:

  • служении церкви, в помощи небесному граду направлять мир земной к миру небесному;

  • насильственном приобщении к христианской церкви, вооруженным путем искоренению ересей. Источником зла является свободная воля людей, влекущая их от единства к множественности. «Еретики хуже отравителей, они враги единства». «Прежде чем понимать, мы должны верить»). Августин был одним из вдохновителей инквизиции, массовых судилищ и казней тех, кто выступал против церкви;

  • в поддержании социального порядка. Оправдывая социальное неравенство Августин вовсе не был сторонником рабства или бедности людей. Просто он полагал, что на земле есть явления происходящие не от Бога, а от греховной природы человека. Рабство не есть божие создание, оно — явление человеческое, рабство и бедность надо терпеть и не выступать против них.

В ходе своих рассуждений Августин пытается найти критерий, отличающий государство от банды разбойников. И находит его, говоря, что государство, в котором не соблюдается справедливость, представляет собой большую банду разбойников.

К форме государства Августин проявляет некоторое безразличие. Он повторяет традиционное деление на правильные и неправильные формы. Несправедливый царь – тиран, несправедливый народ – тоже тиран, несправедливая аристократия – власть эгоистической группировки. Что касается правильности форм, то есть таких, где соблюдается право, Августин не отдает предпочтение ни одной из них. Любая форма правления может оказаться если не хорошей, то терпимой, когда уважают Бога и человека, то есть соблюдают справедливость.

Обращаясь к народу, почему он должен выносить государство, Августин говорил: «Для христианина земная жизнь с ее социальной несправедливостью не должна иметь абсолютной ценности. Временные страдания служат упражнением в терпимости и оправданы жизнью человеческой души в вечности».

Отношения церкви к государству, духовной власти к светской – главная проблема, занимавшая Августина. Как бы высоко они не ценили значения «града божьего» и роли церкви в обществе, он не был сторонником передачи всей полноты власти католической церкви. По его мнению, светская власть и церковная различны и каждая обладает суверенитетом. При этом церковная власть – высшая, потому что духовная сфера выше мирской. Главное в его учении – именно разделение двух властей. Можно сделать вывод что с Августина Блаженного началась традиция различия светской и духовной власти.

Другой важной темой книги является борьба против ересей. Августин оправдывает репрессивные меры против еретиков и принудительное обращение в ортодоксальное христианство, описывая это формулировкой «Принудь войти !»Источник зла – свободная воля людей, иначе говоря, прежде чем понимать, мы должны верить. Рабство создано не природой, а волей человека, грех –первопричина рабства. Бог разделил людей на бедных и богатых, установил частную собственность.Создал богатых – чтобы помогать бедному, бедных – чтобы испытать богатых.

Он считает, что несовершенство земной жизни человека – результат, порожденный великим преступлением Адама и Евы. Их греховность породила греховность государственного устройства, при котором существует господство человека над человеком. Но эта греховность – естественный порядок человеческой жизни, предопределенный судом Божиим, у которого нет неправды и который выносит наказания, соответствующие вине согрешающих. Но этот порядок не будет вечным, он прекратится со вторым пришествием Христа, когда будет установлено царство небесное. Оправданием существующего государства может быть лишь его служение церкви.

Августин стоит на страже справедливости, считая, что в ней проявляется истинное право, без которого неизбежна гибель государства; осуждает жестокость и аморальность. Однако все его рассуждения о земных правах в конечном итоге определяются главным правом, в соответствии с которым божественная власть стоит над властью светской и поэтому может предоставить государству право, идущее от церкви, на борьбу со всем тем, что противостоит христианской вере. Августин затрагивал и проблему естественного права, которое, как он считал, люди изначально получили от Бога, его разума и воли.

Следует отметить, что в учении Августина прослеживается и прогрессивное начало, связанное с реалистическим подходом к оценке возможностей и способностей человека, его законных устремлений подниматься в своем развитии, но, конечно, лишь при помощи Бога.Как отмечает Августин: «Небесный град вечен; там никто не рождается, потому что никто не умирает; там истинное и полное счастье, которое есть дар Божий. Оттуда мы получили залог веры на то время, пока, странствуя, вздыхаем о красоте его». Нашел отражение в книге «О ГрадеБожем» и взгляд Августина на «человека внутреннего» как образ и подобие Бога и Троицы, в коей три Лица при их сущностном единстве. Личность в таком контексте полагалась Августином реализовавшейся в той мере, в какой оказывались отражены три лика Троицы в их единстве. По мысли Августина, «…поскольку мы не равны с Богом, более того, бесконечно от Него удалены, посему Его стараниями… мы узнаем в самих себе образ Бога, т. е. святую Троицу; образ, к коему следует всегда приближаться, совершенствуясь. В самом деле, мы существуем, умеем существовать, любим наше бытие и наше познание. В этом во всем нет ни тени фальши. Это не то, что есть вне и помимо нас, то, о чем мы осведомлены в видах телесных нужд… Безо всякой фантазии очевидно: «Я» есть определенность бытия, то, что способно себя знать и любить. Перед лицом такой истины меня не задевают аргументы академиков: «А если ты обманываешься?». Если обманываешь себя, то ты уж точно есть… Поэтому, следовательно, я существую хотя бы с того момента, когда сам себя надуваю. Откуда известно, что я в состоянии заблуждаться о своем бытии, когда не установлено, что я есть?.. Так, если я знаю, что я есть, то я и способен к познанию себя самого. А когда я люблю эти две вещи (бытие и самопознание), что открывают меня познающего, то очевиден и третий элемент, не менее значимый, – любовь. В этой любви к самому себе нет обмана, ибо в том, что я люблю, я не могу себя обманывать, и даже если бы обнаружилось, что то, что я люблю, фальшиво, то было бы верно, что я люблю вещи лживые и недостойные, но не то ложь, что я люблю». Согласно Августину, человек не знает творения, ибо он – существо конечное. Бог из собственного существа породил Сына, Который как таковой идентичен Отцу, однако же космос Он сотворил из ничего. Между «генерацией» и «креацией», по мысли Августина, огромное различие: Творец вызывает к бытию «то, чего абсолютно не было». «Мы не называем творцами, – отмечает Августин, – возделывающих сады, но и землю-мать, всех кормящую, не назовем творящей… Лишь Бог – Создатель всех творений, по-разному себя воплотивший в них. Только Бог, скрытая сила, все проникающая своим присутствием, дает бытие всему, что так или иначе есть, ибо не будь Его, не было бы ни того, ни другого, и даже не могло бы быть. Ибо, если мы говорим, что Рим и Александрия взросли благодаря не каменщикам и архитекторам, сообщившим внешнюю форму этим городам, но Ромулу и Александру, их воле, согласию и приказаниям обязаны они своей жизнью, тем более необходимо признать, что сотворение мира дело только Бога, ибо ничего нельзя сделать только из материи, которая создана Им, или только артефактов, созданных людьми. Не будь этой творческой способности создавать все сущее, отними ее, и все перестало бы быть, как и не могло бы начаться быть. Впрочем, я говорю «сначала» в вечности, но не во времени». (Согласно Августину, Бог, создавая этот мир, создал и время.) Таким образом, История предстает в этом трактате в принципиально новой версии, незнакомой античному миропониманию: она имеет начало творения и конец сотворенного мира с пограничным моментом в виде воскрешения и Страшного суда. Три эти существенных события формируют всемирную историю: первородный грех, ожидание прихода Спасителя, воплощение и страдания Сына Божьего с образованием его дома (града) – Церкви. В конце трактата Августин акцентирует перспективу воскрешения: плоть (хотя и трансформированная) возродится к жизни: «плоть станет духовною, подчинится духу, но будет плотью, не духом; подобно тому, как дух был подчинен плоти, но все же остался духом, а не плотью».

Список литературы

  1. Майоров Г. Г. Аврелий Августин.– М. , 1979.

  2. Бычков В. В. Эстетика Аврелия Августина. М., 1984.

  3. Армстронг А. X. Истоки христианского богословия. Введение в античную философию. СПб., 2006.

  4. Трубецкой Е. Н. Религиозно-общественный идеал западного христианства в V B., Ч. 1. Миросозерцание Бл. Августина. М., 1892

  5. Попов И. В. Личность и учение Бл. Августина, т. I, ч. 1–2. Сергиев Посад, 1916

  6. История философии: Энциклопедия. – Мн.: Интерпрессервис; Книжный Дом. 2002.

  7. Ляшенко В. П. Философия. М., 2007.

  8. Августин Блаженный. О граде божьем –http://www.i-u.ru/biblio/archive/avgustin_o/

  9. Кюнг Г. Великие христианские мыслители / Пер. с нем. О.Ю. Бойцовой. – СПб.: Алетейя, 2000. – 442с.

  10. Марру А. Святой Августин и августинианство.: Пер. с франц. О.В. Головой. Долгопрудный: Вестком, 1999.

  11. Мейердорф И. Введение в святоотеческое богословие (Конспекты лекций). Клин: Фонд «Христианская жизнь», 2001.

  12. Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней. Том 2. Средневековье. – ТОО ТК «Петрополис», 1994. – 368.

Соседние файлы в предмете

  • # 18.05.2015676.35 Кб19_Марион Вудман, Сова была раньше дочкой пекаря.doc
  • # 19.05.2015287.74 Кб4_Методические указания_курсовые работы2011_.doc
  • # 19.05.2015287.74 Кб2_Методические указания_курсовые работы2011_.doc
  • # 19.05.20151.11 Mб19_Узлов Н.Д., Сексуальность, гендер, брак.pdf
  • # 19.05.20156.21 Mб10_Чрезвычайные ситуации и психическое здоровье.djvu
  • # 19.05.201580.38 Кб33Августин блаженный о граде божьем.doc
  • # 19.03.201630.15 Кб18Аверьянова.docx
  • # 19.05.2015262.14 Кб42Административное право.doc
  • # 19.05.201577.28 Кб28Административный менеджмент, методичка.docx
  • # 19.03.201624.26 Кб17академические школы.docx
  • # 19.05.2015506.37 Кб7Акт. проблемы ист. иссл-ний-УМК.doc

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *