Варлаам и иоасаф

Повесть о Варлааме и Иоасафе

Реклама: XII в. Краткое содержание книги Читается за 15 минут

В начале «Повести» автор расхваливает индийского царя Авенира, превознося его богатство, силу, военную доблесть; Авенир статен телом, красив лицом, но, к сожалению, язычник. У Авенира нет детей (о жене его ничего не сообщается), и это печалит его. Но наконец у царя рождается сын — Иоасаф. По поводу долгожданного события Авенир устраивает большой праздник, на который, в частности, собирается пятьдесят пять «избранных мужей» — учёные «от халдеян» «звёздословники», т. е. астрологи. Они предсказывают, что Иоасаф будет христианином и рождён он не для царства Авенира, а для другого, лучшего. При этом автор сравнивает языческого «звездословника» с библейским пророком Варлаамом — сравнение правомерное с точки зрения благочестивого автора, ведь предсказание относится к христианскому будущему Иоасафа.

Слыша пророчество «звездословников», Авенир печалится и решает оградить сына от предсказанной судьбы. Поэтому начало своей жизни Иоасаф проводит вдали от страданий и болезней мира — в особом дворце, который строит ему отец, вокружении

красивых и юных слуг. Авенир наказывает слугам оберегать Иоасафа, а более всего опасаться монахов. Ненависть Авенира к монахам, которых он нещадно мучает и предаёт смерти, мотивируется не только языческими воззрениями царя, но и причинами личного порядка: лучший сановник Авенира становится монахом, разговор Авенира с ним — фактически первый диалог о вере, которыми изобилует «Повесть».

Продолжение после рекламы:

Помимо диалогов «Повесть» насыщена притчами и сюжетными включениями, приближающимися к жанру притчи. Так, далее в «Повести» рассказывается, как некий старый боярин находит, будучи с царём на охоте, человека с повреждённой ногой и спасает его, не рассчитывая на вознаграждение. Человек этот оказывается искусным в ведении речей («угодитель глаголом»), что и пригождается боярину в дальнейшем: хитрый Авенир по наущению своего окружения начинает испытывать боярина, подозревая, что тот решил занять его место. Найденный на охоте человек учит боярина одеться во власяницу и явиться к Авениру, чтобы показать, что земная власть ему не нужна

Это убеждает Авенира в невиновности своего старого слуги, тем не менее он продолжает преследовать монахов и даже сжигает двоих.

Иоасаф достигает больших успехов в учении, познает мудрость «Эфиопской и Персидской страны», становится красивым и умным, отличается душевной кротостью. Авенир очень любит своего сына, и Иоасаф отвечает ему тем же. Но заточение не может продолжаться вечно, и Иоасаф выпрашивает у отца разрешение гулять вне стен дворца, где вскоре по недосмотру слуг он видит двух слепых, затем двух прокажённых, а после и дряхлого старца. Увиденное заставляет задуматься царевича, что и предопределяет его обращение в христианство. Вскоре в его жизни появляется учитель Варлаам.

Ещё до появления Варлаама автор сообщает о том, что те, кто успевают скрыться от преследований языческого царя, делают это не для того, чтобы избежать мук, а подчиняясь Божественной воле.

К таким, видимо, относится и Варлаам. До встречи с Иоасафом Варлаам живёт в Сенаридской земле, он премудр, а о его происхождении автор сказать ничего не может. О своём возрасте Варлаам сам говорит гораздо позже Иоасафу так: ему семьдесят лет, однако он считает, что ему сорок пять, поскольку только этот срок он жил без греха и не прельщался красотами мира

Однажды Варлааму случается откровение свыше, указывающее на царёва сына. Варлаам переодевается в мирские одежды, садится в лодку и прибывает в Индийское царство. Там он, выдавая себя за купца, предлагает некий драгоценный камень «питателю» Иоасафа. «Питатель» проникается уважением к Варлааму («вижу, что ты пожил и исполнился умом») и позволяет ему пройти к царевичу. Познакомившись с Иоасафом, Варлаам предрекает ему, что тот «блистанием подобен будет камню», а его, Варлаама, задача — научить Иоасафа. Вся «Повесть» и описывает процесс обучения Иоасафа христианской вере. Варлаам подробнейшим образом излагает своему ученику основы христианства, готовит Иоасафа к подвигу монашества и пустынножительства, недаром он рассказывает ему (далеко не сразу) об Антонии Великом — основателе монашества.

Брифли бесплатен благодаря рекламе:

Своего рода этапами, отмечающими восхождение Иоасафа под руководством Варлаама к вершинам веры, могут служить притчи, рассказываемые время от времени Варлаамом.

Иоасаф узнаёт от Варлаама девять притч, из них — одну из Евангелия. Евангельской притчей о Сеятеле, с которой начинает Варлаам, он, с одной стороны, подготавливает Иоасафа к принятию христианства, с другой стороны, показывает, что Иоасаф готов к этому шагу (подобно зерну, упавшему в плодородную почву).

Следом Варлаам рассказывает притчу о трубе смерти и четырёх ковчегах: некий славный царь ехал однажды на золотой колеснице в окружении стражи. Ему встретились два человека, одетые в рваные одежды и изнурённые постом. Увидев их, царь сошёл с колесницы, поклонился и обнял их с любовью. Свита с негодованием встретила странный поступок царя, вельможи уговорили царского брата сказать царю, чтобы тот не пренебрегал более так царским величием. Царь ответил своему брату задачей, которую тот не понял, — когда настал вечер, царь послал к дверям дома, где жил брат, «трубу смерти», которая в его царстве возвещала смертный приговор. Брат, проведя бессонную ночь, утром, в траурных одеждах, явился со своей семьёй к царю. Царь сказал ему: «Если ты устрашился, услышав звук трубы, хотя никакой твоей вины нет, как же мог ты укорять меня, приветствующего «глашатаев Бога моего»? После этого царь повелел сделать четыре ковчега из дерева, два из них позолотить, а оставшиеся два обмазать смолой и дёгтем. В позолоченные ковчеги были положены смердящие кости, а в обмазанные смолой и дёгтем, предварительно умащённые благовониями, — драгоценности. Вельможам царь предложил выбрать два из этих ковчегов. Те выбрали позолоченные. Здесь царь уличил их, доказав, что наружный образ может быть обманчив. «Так устыдил царь своих вельмож и научил их не обманываться видимым, а внимать разумному» (перевод И. Н. Лебедевой).

Далее в поучения Иоасафу Варлаам включает притчи о соловье, об инороге, о трёх друзьях, о царе на один год, о царе и разумном советнике. Притча Варлаама «О богатом юноше и дочери бедняка» интересна тем, что с ней в повести появляется, пусть ненадолго, тема любви: в притче рассказывается о том, как отец сватал сыну знатную и богатую красавицу. Юноша не захотел вступить с нею в брак, поскольку считал брак «скверной вещью», и ушёл от отца. В доме некоего убогого старца он встретил девушку, поразившую его своими глубокими рассуждениями о жизни, о духовных богатствах и об отношении человека к Богу. Притча рисует духовную сторону любви: юноша «полюбил её (бедную девушку. — О. Г.) за разум и благочестие». За свой выбор юноша вознаграждается сполна: убогий старец оказывается несказанно богатым человеком. Смысл притчи тем не менее — за пределами её непосредственной темы: перед человеком лежат два пути — стяжания земных благ, тленных и преходящих, или стяжания богатства духовного; красота земная и красота духа. Предпочтение отдаётся, конечно, последнему.

Последней притчей, которую рассказывает Варлаам и которая свидетельствует, что Иоасаф уже готов к монашескому подвигу, является притча о серне. Содержание её таково: один человек вскормил дикую серну. Когда она выросла, то затосковала о свободе и однажды, увидев стадо серн, какое-то время паслась с ними, возвращаясь на ночь домой, а когда стадо ушло далеко, то и серна последовала за ним. Слуги увидели это, погнались за стадом, кого убили, кого поранили, а серну заперли дома. В данном случае, поясняет Варлаам, как бы не случилось того же и с монахами, если к их «стаду» присоединится, подобно воспитанной в неволе серне, Иоасаф.

Автор постоянно рисует реакцию Иоасафа на рассказанное Варлаамом: царевич хочет увидеть Сеятеля из евангельской притчи, после притчи о трубе и соловье он готов креститься, а после притчи о серне он уже просит крещения; ему очень нравится притча об инороге.

Варлаам также предвещает, что Иоасаф будет «родителем родителю», что и сбывается впоследствии, когда Иоасаф крестит своего отца.

Тем временем Авенир начинает с неудовольствием замечать, что сын его Иоасаф пребывает в печали, слуга Зардан сознаётся, что причина печали — христианская вера, которую царевич тайно принял благодаря пробравшемуся к нему под видом торговца монаху Варлааму. Авенир призывает Арахию (второго после себя саном и первого советника), и тот предлагает позвать языческого отшельника Нахора, который под видом Варлаама должен вступить в спор с языческими мудрецами и обнаружить перед всеми слабость христианской веры. Пока готовится диспут, Авенир опять мучает монахов.

Авенир пытается уговорить своего сына отречься от христианства, он нежен и ласков с ним, что не мешает ему сказать Иоасафу, что лучше бы тот не родился, чем принял христианство.

В эпизоде с Нахором Иоасаф, узнавший из откровения о замысле отца, действует находчиво и ловко: он настолько запугивает языческого мудреца, что тот, несмотря на страх перед Авениром, произносит речь в защиту христиан (автор «Повести» вкладывает в уста Нахора «Апологию» Аристида — памятник позднеантичной литературы). Благодаря Иоасафу Нахор обращается в христианство.

После речи Нахора Авенир пребывает в ярости, но и в сомнениях, позже он спрашивает мага Февду, в какого же Бога лучше верить?

Между Авениром и Февдой происходит диалог, в котором Февда успокаивает Авенира и говорит, что христиане будут неизбежно побеждены, на что Авенир сетует, что пока побеждены язычники, а христиане торжествуют. Февда советует Авениру устроить большой праздник, который бы поднял дух народа На «скверном празднике» совершается жертвоприношение (людей и животных), после праздника Февда советует Авениру окружить Иоасафа красивейшими женщинами, чтобы отвратить его от христианства.

Для большей убедительности волхв рассказывает Авениру притчу о царском сыне и женской любви. Содержание её таково: некий царь был несчастен, потому что не было у него сына. Наконец у него родился сын, и царь возрадовался всем сердцем. Но врачи сказали ему, что если его сын в течение десяти лет увидит солнце или огонь, лишён будет зрения. Услышав это, царь велел высечь в скале пещеру и затворил там царевича вместе с его «питателями».

По окончании десяти лет царевича вывели из пещеры, и царь повелел показать ему мужчин, женщин, золото, серебро, драгоценности, колесницы и прочие богатства. Когда царевич спрашивал, как называются все те предметы, царские слуги подробно ему отвечали. Спросил царевич и о женщинах, и царский «мечник» с радостью отвечал ему, что это «бесы, которые прельщают людей». Сердце «детища» возлюбило любовь женскую больше всего на свете. Так и Иоасаф, убеждает Авенира Февда, забудет обо всем, едва почувствует плотское желание.

Февда насылает на Иоасафа злого духа, чтобы тот распалял его на женскую любовь. Иоасаф успешно противостоит проискам Февды, отказывается от женской любви, хотя в какой-то момент Иоасаф готов ей подчиниться, особенно когда девушка, привлёкшая его внимание, предлагает провести с ней ночь, обещая, что при этом условии она станет христианкой.

Царевич колеблется, страстно молится, и тут ему свыше посылается сон. Он видит, будто некто «страшные» переносят его в места, которые ранее он никогда не видел. Вокруг — благолепие природы, а посреди — драгоценный престол, сверху нисходит свет, видит он крылатых воинов, поющих песнь, которую человеческое ухо никогда не слышало, и раздаётся глас, говорящий, что это град праведников. Иоасаф, покорённый красотой, просит оставить его в необыкновенном граде, но голос предсказывает, что ныне для Иоасафа это невозможно, однако в будущем, заслужив великим трудом, он попадёт сюда. После Иоасаф оказывается в тёмном месте, где нет красоты, он видит печь, где жгут огнём, и слышит голос, говорящий, что это место для грешников. Потрясённый увиденным, не в силах забыть о красоте града, Иоасаф заболевает. Теперь красота девушки представляется ему отвратительной. Февда гневается на подвластных ему духов: «Неужели вы столь немощны, окаянные, что одного юнца не можете превозмочь?»

После этого между Февдой и Иоасафом в присутствии Авенира разгорается спор о вере, в конце которого Иоасаф называет Февду ослом за то, что тот отказывается от высшей премудрости. Поражение Февды автор описывает долго и с видимым удовольствием. Февда не только отказывается «от идольской прелести» (язычества), но сжигает все свои волшебные книги и обращается в христианство.

После победы над Февдой Иоасаф принимает половину царства, которую выделяет ему Авенир. И опять побеждает христианство: половина Иоасафа процветает, а половина Авенира умаляется — все хотят быть подданными Иоасафа

Спустя некоторое время, видя, как все стремятся в «христианское царство» Иоасафа, Авенир пишет ему «епистолию», где начинает раскаиваться в своём язычестве. Вскоре Авенир окончательно обращается в христианство, совершает ряд благих деяний. Его крестит Иоасаф (сын становится крестным отцом отца), а Авенир передаёт всю царскую власть сыну. Когда Авенир умирает, Иоасаф хоронит его в покаянных одеждах. Но сам Иоасаф недолго остаётся царём — облачённый во власяницу, оставленную Варлаамом, он покидает царство, поняв, что отныне должен совершать свой подвиг в пустыне. Два года он проводит в поисках Варлаама и наконец находит его. Варлаам сначала не узнаёт своего ученика: настолько он изменился внешне и потерял красоту юности. Учитель и ученик долго беседуют, а затем много лет постятся и совершают подвиг пустынножительства вместе.

Реклама:

Перед смертью Варлаам обращается к Иоасафу с пространной речью, где, в частности, говорит, что он исполнил всё, что ему было предначертано свыше. Варлаам завещает Иоасафу похоронить его и продолжить дальше борьбу с искушениями и соблазнами.

Последний раз Иоасаф разговаривает со своим учителем в видении, случающемся с ним у гроба Варлаама, когда бывший царевич видит неких страшных мужей, несущих прекрасные венцы. Венцы, как объясняют мужи Иоасафу, предназначены для него и Авенира. Иоасаф не понимает, почему ему, поведшему такую праведную жизнь, и его, казалось бы, не столь праведному отцу даруются одинаковые венцы. Явившийся Варлаам укоряет своего ученика за гордыню, а Иоасаф, поняв неправомерность своего возмущения, смиряется и просит у Варлаама прощения. Варлаам также возвещает Иоасафу, что когда придёт ему время умереть, то его ждёт та же слава и та же радость и тогда они уже не разлучатся. 35 лет проводит Иоасаф в подвигах, хоронит его некий постник, который когда-то показывал Иоасафу путь к Варлааму. После смерти Иоасафа происходит обретение благоуханных мощей.

Пересказала О. В. Гладкова. Источник: Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русский фольклор. Русская литература XI−XVII вв. / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1998. — 608 с.

Варлаам и Иоасаф (роман)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 29 апреля 2018; проверки требует 1 правка. Изображение св. Иоасафа в греческом манускрипте (XII—XIII века) «Варлаам и Иоасаф» гравюра 1680 год. «Варлаам и Иоасаф». Кутеинская типография. 1637 год.

«Варлаа́м и Иоаса́ф» (также «Барлаам и Иосафат») — средневековый роман-житие индийского происхождения, по своему сюжету восходящий к преданиям о Будде, представленным в романе под именем Иоасафа (Иосафата). Распространён в нескольких восточных литературах: персидско-пехлевийской, арабской (имеются две версии), еврейской, эфиопской, грузинской (имеются две версии), армянской, а также в европейских переводах на греческий, латинский, церковнославянский и другие языки.

В русском переводе, сделанном с текстов араба и христианского святого Иоанна Дамаскина (ок. 675—753/780) — «Повесть о Варлааме пустыннике и Иоасафе царевиче».

Распространение

На основе некоего комплекса материалов VI—VII веков, возможно, сведённых воедино в пехлевийской версии (D. Lang), в VII—VIII веках была создана первая арабская редакция «Повести». С арабской редакции была выполнена первоначальная краткая грузинская версия, «Премудрость Балавара» (Балавариани), которая содержит христианизированную историю жизни Будды. Грузинская версия сохранилась в двух редакциях: пространной (IX—X века) и краткой (XI век).

С грузинского на греческий язык текст перевёл и обработал Евфимий Святогорец (955—1028). Повесть дошла до нас в большом (около 150) числе греческих списков. В большинстве их она имеет следующее заглавие: «Душеполезное повествование, принесенное из внутренней Эфиопской страны, называемой Индия, в святой град Иерусалим Иоанном монахом, мужем честным и добродетельным из монастыря Святого Саввы».

Роман «Варлаам и Иоасаф» приобрёл международный характер в XI веке; христианская переработка его в латинском переводе греческого текста была воспринята и романо-германскими литераторами, популяризировалась там до степени «народной книги»; в печатном виде роман появился рано, в период инкунабул. Этот текст воспринимался уже не как литературный памятник, а как жизнеописание некогда реально существовавших святых. Многие сюжеты из этого романа попали в Gesta Romanorum, откуда перекочевали в «Декамерон».

Славянские переводы восходят частью к версии латинской (переводы: чешский, польский), частью непосредственно к греческой — у южных славян; русский текст, известный в списках с XIV—XV веков, опирается на южнославянскую версию. На русской почве популярность этого романа сказалась в размещении его эпизодов в Прологе, в появлении иллюстрированных списков, создании на основе мотивов романа целого ряда духовных стихов, из которых старшие, великорусские, сохранились в записях от XVI века.

Церковнославянский перевод текста появился на Руси не позже XII века, так как уже Кирилл Туровский пользовался им для своей притчи «О человеце белоризце» в славянском переводе, а не в греческом подлиннике. В России произведение бытовало под названием «Повесть о Варлааме и Иоасафе».

Фабула романа: языческий царевич Иоасаф, несмотря на все препятствия обращённый в христианство пустынником Варлаамом, обращает и свой народ, а затем, сложив с себя унаследованную им власть, уходит в пустыню.

Текст повести — это диалог учителя и ученика о смысле жизни, облечённый в высокохудожественную форму. Наверное поэтому одно из главных мест в сюжете повести занимает «Притча об инороге» (единороге).

Исследования

В 1872 году была издана арабская средневековая аннотированная библиография или история староарабской лит-ры, по названием «Фихрист» (составлена в X в.). В этом памятнике в числе книг, переведённых на арабский язык с пехлевийского, была названа книга «Билаухар и Будасаф». Э. Лябуле и Ф. Либрехт в своих научных изысканиях по вопросу происхождения сюжета повести независимо друг от друга пришли к одному и тому же выводу: греческая Повесть является не чем иным, как христианской переработкой индийской легенды о детстве Будды. Источником Повести Ф. Либрехт счёл Лалитавистару, буддийскую сутру (сборник поучений), созданную на санскрите в начале нашей эры.

Мнение о буддийском прототипе получило практически полное признание, когда Д. Жимаре предложил этимологию имён главных героев: инд. Bodhisattva через араб. Budhasf (Budisatif) и груз. Yudasif (Yiwasif) из-за смешения араб. b/y и d/w дало греч. и слав. Иоасаф. Араб. Bilawhar (Билавхар) через груз. Balahvar (Балавар) дало впосл. греч. Βαρλαάμ (Варлаам). Имя царя Авенира (греч. ᾿Αβεννήρ; груз. Абенес/Абенесер) восходит, видимо, к араб. Джунайсар.

Интересные факты

Жизнь есть сон. Барельеф с памятника Кальдерону, скульптор Ж. Фигерас Вила, Мадрид, 1880 год.

  • Святитель Феофан Затворник следующим образом оценивал «Повесть о Варлааме и Иоасафе»:

Лучшей книги для познания христианской веры и жизни в общем обзоре — нет — и едва ли может быть… Это будет лучше всех катехизисов!

— Сказание о жизни преподобных и богоносных отцев наших Варлаама и Иоасафа. — 2-е изд. — Сергиев Посад, 1910.

  • Шекспир использовал сюжет одной из притч повести (о четырёх ковчегах) во втором действии «Венецианского купца», в сценах испытания Порцией её женихов.
  • Лопе де Вега написал на сюжет повести драму «Варлаам и Иоасаф».
  • Кальдерон повторил сюжет в пьесе «Жизнь есть сон».
  • Темой докторской диссертации Ивана Франко, написанной под руководством Игнатия Ягича и защищённой в 1893 году в Венском университете, были славянские версии «Повести о Варлааме и Иоасафе».

См. также

  • Иоасаф (индийский царевич)
  • Юз Асаф
  • Ибрахим ибн Адхам
  • Иоасаф / Иосафат

Издания

  • Балавариани. Мудрость Балавара / Предисл. и ред. И. В. Абуладзе. — Тбилиси, 1962.
  • The Balavariani. (Barlaam and Josaphat). — London, 1966.
  • Лебедева И. Н. (ред.). Повесть о Варлааме и Иоасафе // Библиотека литературы Древней Руси / РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. — СПб.: Наука, 1999. — Т. 2: XI—XII века. — 555 с.
  • Повесть о Варлааме пустыннике и Иоасафе царевиче индийском (Повесть о Варлааме и Иоасафе) / Пер. с араб. акад. В. Р. Розена; под ред. и с введ. акад. И. Ю. Крачковского; АН СССР. — М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1947. — 188 с. — 3000 экз.
  • Сказание о жизни преподобных и богоносных отцев наших Варлаама и Иоасафа, сост. св. Иоанном Дамаскиным / Пер. с греч. по древним пергаментным рукописям, хранящимся на Св. Афонской горе. — 2-е изд. — Сергиев Посад, 1910.
  • 18 ноября. Память преподобного отца нашего Иоасафа Пустынника, сына Авенира, царя индийскаго // Пролог. — Московская старообрядческая книгопечатня. — 1641; 1915 (переизд.).

Примечания

  1. ↑ Барлаам и Иосафат // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  2. ↑ Варлаам и Иоасаф // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2003. — Т. VI. — С. 619—625. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-010-2. (Van Esbroeck. 1992. P. 221)

Литература

  • Варлаам и Иоасаф или Иосафат // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Барлаам и Иосафат // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  • Варлаам и Иоасаф // Литературная энциклопедия: В 11 т.. — М.: Изд-во Ком. Акад., 1929. — Т. 2. — С. 109—110.
  • Варлаам и Иоасаф // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2003. — Т. VI. — С. 619—625. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-010-2.
  • Лебедева И. Н. О древнерусском переводе Повести о Варлааме и Иоасафе // Труды Отдела древнерусской литературы. — 1979. — Т. 33. — С. 246—252.
  • Лебедева И. Н. К истории древнерусского Пролога: Повесть о Варлааме и Иоасафе в составе Пролога // Труды Отдела древнерусской литературы. — 1983. — Т. 37. — С. 41—53.
  • Лебедева И. Н. Повесть о Варлааме и Иоасафе // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV—XVI в.). Ч. 2: Л—Я / АН СССР. ИРЛИ; Отв. ред. Д. С. Лихачев. — Л.: Наука, 1989. — 528 с.
  • Нуцубидзе Ш. К происхождению греческого романа «Варлаам и Иоасаф». — Тбилиси, 1956.

Статья основана на материалах Литературной энциклопедии 1929—1939.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *